Ловушка глобализации: какие выводы следуют из санкций США против Huawei

Дмитрий Комиссаров
24 мая 2019
Мнения
80

Решение президента США Дональда Трампа объявить чрезвычайное положение в телекоммуникационной сфере, фактически закрывшее китайской Huawei доступ на рынок США, не сиюминутная прихоть. В сентябре 2018 года была утверждена стратегия кибербезопасности США. Помощник президента по нацбезопасности Джон Болтон тогда заявил: «Мы идентифицируем и сдерживаем такое поведение в киберпространстве, которое противоречит международным интересам, но стараемся при этом обеспечить США сохранение преимущества в киберпространстве».

Другими словами — американское правительство вправе запретить использование информационных технологий любой страны или компании, если они угрожают доминированию США в той или иной области. Нынешние санкции по отношению к Huawei вызваны не столько угрозами безопасности от закладок (недекларируемых возможностей программы) в оборудовании китайской компании, сколько возможным технологическим отставанием.

Борьба за рынок
Huawei — единственная компания, у которой есть вся линейка 5G-устройств и их реальные продажи — 40 заключенных контрактов по всему миру. Сети пятого поколения — основа интернета вещей, и сейчас Huawei является мировым монополистом на этом рынке. Санкции США отсрочат глобальный переход на 5G минимум на 1,5–2 года, а может, и намного больше. России тоже стоит задуматься об этих рисках.

США не остановятся и продолжат вводить ограничения для других иностранных компаний, которые работают на рынке США. Уже через два дня после объявления о внесении Huawei в черный список The New York Times сообщила о предстоящем включении в него китайского производителя систем видеонаблюдения Hikvision.

Отказаться от работы с Huawei вынуждены и коммерческие структуры. Сначала Google заблокировала доступ Huawei к платформе Android и всем сопутствующим сервисам. Затем Intel, Qualcomm, Broadcom и Xilinx объявили о прекращении сотрудничества. По информации Nikkei Asian Review, отгрузку чипов для Huawei готовится прекратить европейский Infineon Technologies. BBC узнало об отказе британской ARM поставлять чипы. Microsoft отказывается обновлять свои операционные системы.

А были ли закладки?
Можно сказать, что американцы попали в ловушку, которую сами же и создали. Например, в составе любого современного компьютера на базе процессора Intel есть официально задокументированное самим производителем средство удаленного управления Intel ME. Оно ждет команду извне и при ее поступлении дает доступ к компьютеру и к расположенным на нем данным третьей стороне. Модуль расположен до всех остальных систем, даже до блока включения питания процессора.

Аналогичное оборудование Cisco изучено вдоль и поперек — найденные в нем бэкдоры порой не исправляются месяцами, а то и годами. И ситуация с недокументированным использованием технологий не решится запретом на деятельность Huawei в США. Просто другим компаниям, которые захотят спрятать новые закладки, придется приложить немного больше усилий.

Люди, которые проектировали существующую архитектуру ИТ-мира, сделали очень многое для удобства тотального контроля. Но они забыли, что у соревнования «снаряд — броня» всегда две стороны.

Нужно понимать, что значительная часть оборудования делается в Китае, и известно немало примеров, когда при производстве на платах появлялись устройства, которых не было в конструкторской документации. Известны даже случаи появления дополнительных блоков в микропроцессорах. Ядро такого процессора получает несколько сотен тысяч лишних транзисторов, которые могут решать свои задачи.

Исключить фактор наличия закладок можно только одним способом — производить все критически важное оборудование и ПО под собственным контролем и на территории своей страны. Однако издержки и риски такого разворота от нынешней модели глобализации крайне велики.

Деглобализация?
По данным исследовательского агентства Frost & Sullivan, объем мирового рынка микроэлектроники в 2018 году составил $369 млрд. Отказ от глобализации приведет к резкому уменьшению денежных потоков. Азия потеряет из-за закрытия действующих производств, Западная Европа и США — из-за необходимости создавать новые, и эти расходы намного больше возможных потерь от закладок. Речь может идти о сотнях миллиардов долларов. Зарплата сборщика на фабрике, расположенной в Китае, — $300–400. В Европе — минимум вдвое больше.

Строительство новых производственных мощностей также недешево. Например, на создание новой фабрики Intel тратит в среднем $6–8 млрд. И это только одна американская компания. Сегодня из девяти Intel Fab только три находятся на территории США. Флагман американской ИТ-экономики, Apple, имеет лишь одно американское производство.

Чем ответит Китай
Запрет Huawei в США вряд ли приведет к ее краху. Согласно последнему годовому отчету, 51,6% доходов Huawei получает в Китае, еще 11,4% — в Азиатско-Тихоокеанском регионе. На Европу приходится 28,4%. Доля доходов от продаж в США в 2018 году была не столь велика — всего 6,6%.

Китай всегда делает нестандартные ходы, поэтому ожидать симметричного ответа не стоит. Некоторые эксперты полагают, что под удар попадет Apple. Но я не думаю, что Китай решится развязать такую войну. Во-первых, Apple нужна самому Китаю, это колоссальные деньги, которые идут в страну. А во-вторых, Apple работает в той нише, где китайцы еще не являются серьезными игроками.

На мой взгляд, велика вероятность, что реальным китайским ответом на решение администрации Трампа станут санкции в отношении Boeing. Китай — крупнейший клиент этой компании, но уже сейчас у него есть как дееспособные самолеты собственного производства, так и совместный с Россией проект нового лайнера.

Что делать России
Лет десять назад никто бы не поверил, что иностранные производители ПО могут внезапно прекратить продажи или поддержку своих решений в России. Сегодня это реально. Россия сильно зависит от импорта: отсутствие обновлений ПО может навредить больше, чем любая закладка.

Но по какому сценарию должно идти российское импортозамещение? Если бы власти пошли по американскому пути, речь шла бы не об отдельных ограничениях закупок иностранного ПО, которые мы наблюдаем, а о прямом запрете деятельности Microsoft или Cisco, и, кстати, наши чиновники такое уже предлагали.

С другой стороны, решать проблему зависимости от западных вендоров с помощью поворота на Восток — тоже не лучший путь. В различных российских ведомствах не раз обсуждалось создание совместных предприятий с Huawei и даже строительство предприятий компании на территории России. Однако для начала хотелось бы понять, каким образом государство планирует получить гарантию, что в устройствах иностранного вендора, локализовавшего свое производство на российской территории, нет никаких скрытых возможностей.

Принимая важные решения, стоит помнить, что у Китая специфический подход к дружбе — Пекин не больший друг России, чем США. Интересную мысль недавно сформулировала Кайрон Скиннер, директор департамента планирования Госдепартамента: «Когда мы вели противостояние с СССР, в конечном счете это была ссора внутри западной семьи. С Китаем это не так, мы боремся с действительно другой цивилизацией и идеологией». Совсем не факт, что российско-американские отношения испорчены навсегда, и конфликт между Вашингтоном и Пекином даже создает определенные возможности для России.

Оригинал: РБК

Дмитрий Комиссаров
Основатель, акционер и генеральный директор компании «Новые облачные технологии».
ВКонтакте Google+